Письмо

24.05.94.

Милая Наташа!

Как видно по числу, я всё ещё живу в апреле, хотя вот-вот уже Твой день рождения. Поздравляем! Сколько Тебе будет? Пусть этот вопрос Тебя не смущает – всегда у Тебя новые мысли, всегда новые дела; всегда новые шаги, хотя вроде бы и всё на тех же исхоженных, до конца изведанных местах.

Сложно у меня теперь с русским, кончаю фильм – Die Wahlstaff - […], живу в реке немецкого языка. Но ведь к фильму вывела меня Ты. Как и вся моя тропинка в кино Тобою освещена в прямо-переносном смысле. Что будет из этого? Наверно же не надо так часто об этом спрашивать. Надо жить и знать, где твоя тропинка.

Материал у меня сложный и объёмистый. Монтаж кончили мы в субботу. Теперь текст, и перезапись 1 июня. Ай.

Были мы у Бернхарда ф. Притвиц. Красиво всё. И говорит он, что войны уже не должно быть. Никогда. Потому что страшна она будет.

А я вспоминаю Тебя, и то, как Ты светлой памяти отцом Твоим ходила отстраивать мосты. И хочу это взять в фильм. Можно. В этом вижу я величие (аристократичность в добром смысле) духа и надежду на победу светлых сил в чёрное время.

Написала я как-то неуклюже, постараюсь лучше.

Теперь спасибо Тебе за письмо, только вот, не поняла я, получила ли Ты моё, посланное почтой? Я и теперь буду посылать почтой, хотя Лёня […] юниор звонил на днях и может ещё зайдёт перед отъездом. С ним я тогда передам посылку Тебе от Сибиллы. Она теперь с мужем в санатории, и послала ко мне Тебе привет, (пусть ждёт оказии). Если Лёня зайдёт, будет эта посылка в Москве. Всё же ближе чем тут.

Дома у нас всё странно спешно, но пока всё ещё на местах. Харальд ищет себе место в разбушевавшемся времени, наверно это очень трудно, помогаю, как умею, и боюсь что-то не успеть, чтобы свернуть беду.

Спасибо, что Ты сказала про свою американскую подругу – что отвлечь от той травы дело очень трудное. Это даёт мне надежду и тогда, когда кажется – невозможно уже. Харальд рисует, выполняет неофиц. заказы, школу пока оставил. Музыку тоже. Но в сердце и надежде обе живут как тот берег, к которому надо выйти. Дай Бог, чтобы он дошёл. Вот так. Теперь он с подругой на три-четыре дня по праздникам уехал в Лондон. Это тут = рукой подать=.

Кристина работает красиво, только вот со здоровьем легкомысличает. Петер работает как всегда non-stop.

А меня - Ты знаешь.

Спасибо Тебе, барон наш далёкий, красивый, единственный.

Будет фильм о надежде на мир. Каким будет его путь? Много там люди говорят, а теперь вроде слово уже не интересно, если за ним ещё и мысль, и сердце живут. Ну посмотрим.

Спасибо, счастливо. Будь бодрым, счастливым, лучистым бароном сибирским.

Обнимаем, целуем.

Леония