Письмо

№ 2

12/XI-52.

Танюшенька!

Сейчас еще не буду касаться фактов, а только хочется вслух мне как-то выразить то постоянное чувство безмерного счастья, любви к тебе, дорогой, единственной. Смотрел сейчас на твои фото, на твои дорогие черты. Танюшка! Сейчас 11 ч. дня. Собираюсь к М.Л. – хочется поскорее кому-нибудь рассказать о своем счастье, узнать, что нового на заводе. Танюша! Меня поразила следующая простая мысль. Мы с тобой нарушили завет Ал. Вас. Ведь ты же очень хорошо должна знать, что я тебя никогда в жизни не захочу преднамеренно хоть сколько-нибудь обидеть, поэтому нам незачем думать о создании книги обид; а просто сказать: «Миша, не говори так (или не делай). Это мне больно». И больше никаких слов не надо. Мы поймем. Хорошо, Танюшка? Так целую и обнимаю тебя, Танюша, а мне уже скучно без тебя.

13/XI-52. Продолжаю письмо в обеденный перерыв. Сейчас несколько взволнованное состояние: имел 1-ый разговор со своим начальством (непосредственным). Он наговорил мне тысячу задач, которые стоят перед цехом, «расплакался» об отсутствии квалифицированных кадров и т.п. Другого, правда, и ожидать было трудно. Я, конечно, настаиваю на предельном сроке – конец года. В общем, это была только «проба сил». Впереди предстоят еще очень тяжелые бои, но наше дело правое – мы победим. Впечатлений сейчас очень много, но т.к. хочется, чтобы письмо ушло сегодня, то остановлюсь только на части их.

Оказывается, что мой шеф после нашего телефонного разговора растрезвонил по всему поселку о нашей женитьбе, что вызвало соответствующую реакцию, к которой нам нет абсолютно никакого дела. Утром имел непродолжительный разговор с Г.Я., которая по-прежнему является самым большим твоим другом и выразила свое полное удовлетворение нашим финалом. В какие-нибудь 15-25 минут она успела высказать много умных и, по-моему, правильных мыслей. Прежде всего – «не м.б. речи о твоем переезде в эту трущебу» (она, конечно, преувеличивает). «Это было бы для нее очень тяжело, т.к. она привыкла к городской жизни, которая несравнима с жизнью нашего поселка». Далее, она не видит особой трагедии, что мы расстались на некоторое время и считает, что в этом есть и свои положительные стороны (?). Считая, что наш брак является по ряду причин одним из самых счастливых, кот. только можно себе представить, она высказала интересную мысль (на основании своего личного опыта и опыта знакомых ей людей) о возможных формах продолжения нашего счастья (т.к. я считаю тебя и себя счастливым исключением, то специально избрал такую сложную форму изложения, чтобы ты мало что поняла). Г.Я. считает, что в жизни 99,9% людей существует после определенного срока 1-2 г., не совсем приятный период «притирки», который, однако, быстро проходит и его бояться не следует. (У нее он, по-видимому, тоже был.) Повторяю, Танюшка, что мы должны принадлежать (и принадлежим) в ост. 0,1%.

Я тебе специально передал тезисы нашего разговора, т.к. считаю, что Г.Я. является, пожалуй, единственным человеком (кроме м.б. Майки), которая правильно понимала и понимает наши отношения. Даже устал от серьезных мыслей. Нам бы сейчас, Танюша, пойти бы в лес, по которому я очень соскучился и кот. чудесен сейчас в своем осеннее золоте. Мы бы много сказали друг другу и много бы молчали… Но я отвлекся от основной темы. Вчера смотрел «Горе от ума» – неплохо. Сегодня буду доставать «Частушки», и вообще, надо организовывать как-то по-новому свою жизнь. Уничтожение прод. запасов идет довольно успешно.

Танюша! На этом сегодня закончу письмо, иначе оно задержится. И еще хочу сказать тебе, что сам себя не узнаю. Очень изменился. Любовь моя к тебе наполнила совершенно другим содержанием внутреннюю жизнь, хотя внешне вроде сейчас пошло по-старому.

Обнимаю тебя, дорогую и хорошую. До скорой встречи в ноябре. Жду ответа.