Письмо

Москва, 22/VII-65.

Дорогая Тата!

Ничего давно о вас не знаем. Как живете, как здоровье, как ты справляешься с домом, кто у тебя живет. Поедешь ли куда отдыхать? Я не знаю, когда взять отпуск, если поедешь куда-нибудь, я бы тоже с тобой. Я приглашала Мулечку, не хочет, Папку – не хочет. Ищу себе компаньона. Хотела поехать куда-нибудь на Запад, я там не была, или на Юг. Если надумаешь, напиши, я не буду пока брать отпуск.

У нас погода плохая, все время дожди. Неск. дней только было без дождя. Клубника у нас вся покрылась плесенью. Ник. Ив. расстраивается, ни огурцов, ни помидоров не будет. Холодно. На даче у нас в этом году пусто. Живут только Мулечка и Ник. Ив. Сестры у Петрачка. Лирочка чувствует немного лучше. Ей там хорошо, и в народе, и ходит в лес каждый день, там собирают корзинами грибы, конечно, не Лирочка, а грибники, как на даче. Петрачек оформляет себе пенсию. У него затерял собес 2-а года стажу и ему пришлось еще работать. Петрачек и Ант. Иван. живут на даче, самочувствие хорошее, а сестры у них блаженствуют одни. Как приехали из больницы, Лирочка чувствовала себя неважно, беспокоило сердце. Теперь лучше. Тоня хлопочет. О твоих ничего не знаю. Звонили Юре Вин., не заставали. Ляля уехала. Я ей не звонила, она должна была уехать. Как детвора, здорова?

Привет Алеше. Как он собирается отдыхать? Ему необходимо дать отдых своему организму. Хоть поехал бы на рыбалку что ли у вас, и ты с ним. Забрали бы детвору и рыболовов. Нельзя же после инфаркта и не дать покой своему организму.

Целую тебя крепко. Как твой сад? Ник. Ив. высеял семена твоей ч. смородины, они дали прекрасную всхожесть, пикирует «сибирячку». Так он ее назвал. А другие семена то там, то здесь дали плешь в грядках.

Пиши насчет отдыха. Клава