Письмо

Наташа милая!

Здравствуй! Из этого странного перрона Бабельсберг, откуда только что ушёл мой поезд, сижу на нарах и пишу Тебе письмо, чтобы успеть ещё сегодня отдать с почтой. Посмотрим, успею ли, потому что поезда и здесь стали ходить редко…

По Твоим звонкам понимаю, что мне, и нам вообще как европейцам, без Тебя не прожить в этом очень-очень запутанном мире. Наверно надо, чтоб судьба дарила встречу с человеком, который по балкам рухнувших мостов в детстве ходил, чтобы помочь взрослым свести «концы с концами» - берега с берегами. Ай! Дай Бог детям моим это счастье! Дай детям всем это счастье (нельзя же быть эгоистом и думать только о своём).

Вот так. Не было бы баронов Притвиц, не было бы Wahlstaff. Наверно же был бы мир тускнее… Так. А теперь о делах. Надеюсь, что по этому приглашению дадим Тебе те власти – визовские – визу в эту «страну обетованную» - о Боже, как они боятся наводнения людских потоков из востока. Трудно и долго пойдёт эта принудительная кривая изменения философии будней – что такое жить по христиански? Вот главный вопрос. Я бы в фильме искала бы на него ответ. Но будет ли фильм – не знаю.

Даже мой Клаус, такой добрый и нежный, вдруг попал в «золотую лихорадку» и уже боится за каждую копейку. От этого фильм не станет лучшим. И от этого фильм другой вообще останется не родившимся.

Ну ладно. Значит, я не знаю будем ли мы снимать. Но Тебя примем по-королевски, Ты отдохнёшь и поработаешь… Всё будет красиво, только не так, как думаем! Привет белому снегу, Замире, друзьям, берёзам сгорбленным и цветам, первым на трассе.

Как много бодрости приносит в наш странный милый дом Твой звонок.