Письмо

8.3.98.

Милая Наташа!

День такой спокойный! Весна идёт тут уже! Будь счастливой! Будь светлой! Будь среди добрых друзей всегда! И будь в добром деле причастна всегда!

Спасибо Тебе за все-всякие весточки, что я получила уже давно, но вчера ‒ сегодня вот перечитываю и думаю ‒ какая светлая сила была в пути в Сибирь сорок с лишним лет назад. Как всё в надежде было и какие глубинные силы нужны сегодня, чтобы эту надежду не потерять! Но я знаю, что будет красиво, «я много думаю об этом». Наташенька, много думать ‒ это то что сегодня возможно, так же как и вчера. И это даже нужно, так как ведь от недодуманности происходит так много плохих вещей. Недодуманность, хочется надеяться, есть та причина, почему так многое пошло под откос. Я не верю, что есть какое-то врождённое зло, есть как проф. Цильке сказал ‒ «Когда человек рождается, он большой человек; если он станет мелким, то мы в этом виновны». Всё же наверное это так.

Как дела у Тебя этой весною? Какой была зима? Всё ли у Тебя есть в достатке? Часто вижу Твои цветы дивные в кухне, наверно потому что у нас тут тоже щедро цветёт китайская роза (hibiscus). Наташа милая, когда же Ты в эти края смогла бы прилететь? Как это будет? Жаль очень, что те несколько людей сумели так устроить, что путешествие стало достоянием немногих, и то не всегда самых светлых людей. Но что поделаешь? Думать раньше надо было.

Надеюсь, что будет у Тебя вновь какая оказия и Ты напишешь или пришлёшь что-нибудь информативное. Может действительно пора снова на фильмы? Пока не знаю.

Тут теле-рынок стал полностью под штампом поверхностного, и что самое печальное ‒ большинство свыкло с этим, и кажется ‒ ничего другого никогда не было и быть не может. А в принципе это потому, что техника даёт возможность каждому, кто ею обладает, снимать фильм etc., а что такое искусство? ‒ этот вопрос считается почти что кощунственным. В законодательном каком-то указе ‒ искусство это то, что отвечает формальным законам вида ‒ книга, фильм, картина… Нда…

Мои дела все в надежде. Кристина в Риге, будет в Опере спектакль её, по Генделю, в начале апреля, Харальд хочет сдавать экзамен в худ. школу, аллергии мешают ему иногда играть на валторне, Петер мужественно борется с падающим уровнем киношколы и зарабатывает тем на нашу жизнь. Я работаю бесплатно ‒ это будущая европейская модель. Неплохо, если кто-то есть, на кого госуд. может переложить ответственность. Как будет один Бог знает. В кругах интеллекта распространяется тот же вирус, что и много десятилетий (6) тому назад был живуч ‒ фатальный нигилизм, на пару с завистью это очень страшная сила, если человек оторван от Бога. Но, и тут нет ясных перспектив. Пойдёт ведь всё по своим путям, предвидеть ‒ не нужно и не возможно. Надо каждому и в целости быть в ответе. ‒ Это я узнала в те годы в Сибири, благодарность длинною в жизнь и ещё по за неё за это.

Будь счастливым, баронэсса наша далёкая сибирская! Пусть всё светлое с Тобою всегда!

Привет милый всем, кого знаю и белым белым сибирским снегам!

Леония