Письмо

5.II.76

Наташа! Спасибо Тебе. Спасибо большое, всё-таки вырвала Ты из начала этого бурного года полчаса (а то и больше?), чтобы написать мне все эти добрые вести. Всё пошло сразу в действие, но письмо к Вам с просьбой о материалах уже 2 неделю лежит у директора студии, он всё выясняет имеет ли мол право посылать такие просьбы. Ой! И большего не скажешь. Надеюсь очень, что Лаврентьев М, будет ещё в Городке, или, что приедет на открытие учебного года в физматшколу. А как с Новогодними праздниками, я тут провела большую пропаганду и уже многие хотят увидеть и услышать сам праздник и эхо его в кино. 77-ой год надо встретить под величественными звёздами сибирского неба. Здоровы ли все, кто заболел? Наш Петер всё ещё болен, врачи говорят ‒ ревматизм (в 35-то лет!), дают килограммами лекарства, а я волнуюсь, боюсь, и всё впереди размывается в невесёлые краски. Вопрос ответственности встаёт реально передо мной. Как поступать? Тоже реальный вопрос. Ну ладно. Надежда есть, буду бороться за фильм о Городке в разрезе интеграции наук соц. Стран и СССР-ГДР в частности. О такой информации просит письмо из студии.

Великому певцу рабочего класса Эрнсту Бушу идёт 76 год, доказываю необходимость фильма о нём, об интернациональном значении его творчества.

В верхах доказано, в низах хозяйских нет свободной аппаратуры и т.д., для кого нет? Для беспримерной судьбы, для непреклонного борца? Для может быть величайшего немецкого артиста нового времени? Видишь, какие высокие ноты у меня, но ведь это правда. И как кончится это моё донкихотство пока не знаю. Грустно. Многое. Даже в нашей четырёхугольной семье. Год дракона. Год скрытых конфликтов ‒ дуновением ветра зажигается пожарище. Хочу уехать отсюда, увезти с собой дорогое, бесценное.

Как это будет реально. И когда. Начинаю Кристину серьёзно обучать русскому языку, может будем жить в России.

Если у Тебя снова найдётся свободных полминутки, черкни. В этих тут краях ещё ярче звучит тоска о нормальном труде, реальном, результативном. Знаешь, что тут самое поражающее ‒ несоответствие высокого уровня жизни, в смысле её внешних признаков, низкому потолку человеческих стремлений, духовных границ. И проявляется это не всегда, и проявляется не всюду, и есть поэтому не совсем объективная характеристика. «Но что-то в ней есть» ‒ сказал бы человек ведающий.

Скажи добрые приветы маме своей, и всем, кого знаю.

Посылаю Тебе наилучшие пожелания, и успехов, успехов белому городу!

Надеюсь всё-таки, что студия письмо пошлёт, тогда я Тебе тоже посылаю открытки. На всякий случай, если это не очень сложно, помаленьку подбирай (или пусть подберут) материал на тему интеграции наук, в частности с ГДР, кто, где, когда был в Городке, у кого защищался…, у кого есть с кем действенные научные связи (отсюда это узнать очень долго и сложно, в Акад. Наук ГДР таких сведений нет, и совета не, как поступить. Это очень странно, но всё это нужно до того, пока утверждён проект фильма, а его ещё и могут не утвердить?) Приезжай к нам, Наташа, когда Тебе удобнее всего, у нас всегда всё неожиданно. Надеюсь с 15.VI.‒25.VIII быть в Риге, но пока ещё нет квартиры. Ждём Айну, но она заболела воспалением лёгких, во второй половине марта проездом обещал заглянуть мой первый директор в глухонемой школе.

Мы Тебя очень-очень ждём. Приезжай весной, здесь тогда тепло, а в Сибири холодно. Ну ладно. Поздно. Очень хотелось бы спокойно на кухне посидеть, пить гранатовый сок и говорить, что мне надо много думать, что буду работать. […]

Пока Обезъянки.