Письмо

28.09.03.

Милая Наташа

Осень чудесная тут началась. Все краски, все чувства, все надежды вновь встали на вахту ‒ что будет? Как у Тебя? Давно нет знака. Ты побывала в городе на Неве, где ты родилась, что там сегодня?

В Берлине гостила Нина Алахвердова-Соловейчик, та женщина, в семье которой свой московский дом нашла Вера Августовна. Сын Нины поставил это надгробие на могиле. Она сюда приехала, чтобы собрать материал на ряд статей о женщинах в войне. Мы смотрели (на кассете ‒ из кассеты) мой ленинградский фильм. Каким высоким был нравственный порог тех давних времён и людей, живших в блокаде! Нам бы до этого хоть мысленно добраться. А готовится 60-летие конца страшной войны. Хорошо, если вместо слова Победа, сегодня нашлось бы более точное обозначение этой великой даты, ‒ был остановлен страшный враг, что с ним сделалось? Война не знает победителей, знает лишь тех, кто войну начал, и тех, кто заставил её кончить. ‒ Может надо думать об этом?

Посылаю Тебе заявку, послала её и Николаю Губенко в Москву. В Германии есть теперь фонд, который в первую очередь поддерживает фильмы с другими (особенно восточными) странами, если их тема значительна и касается Германии. В данном случае это всё есть. Заявка может (и даже это лучше) идти из России, но должна быть студия (или другой какой институт), и должна быть смета стоимости фильма. Пишу Тебе на всякий случай, авось кто-нибудь попадётся на твоём пути, кто может нам помочь дальше. Надо сдать заявку к 20 января.

В июне у нас были ещё телефонные переговоры с Рут, она имеет для Тебя фотографии, но встретиться нам не удалось, так что надо ждать ‒ будут когда-то они у Тебя. И фрау фон Кетлер, помнишь, мы были в гостях, спрашивала, как у Тебя дела; что я могла сказать ‒ хорошо. Ты никогда не пишешь, это свойство сибирских Притвицев… Так что, Наташа, черкни словечко солнечное, нам без него трудно.

Смотрели мы с Петером в телевидении фильм о Байкале, ‒ 3 часть ‒ Чукотка и Аляска ‒ уж очень красивые съёмки, и ведёт разговор Клаус Беднарц ( это польская фамилия ‒ бедный), он знает русский, беседует о том, когда было лучше, и что будет ‒ может надо, чтобы американцы купили Чукотку? ‒ «Нет. ‒ говорит ненец, ‒ Нет, мы сами справимся, ведь было же хорошо». Хорошие люди, ищут смысл.

Как движется работа у Светланы? Часто, с благодарностью и радостно вспоминаю её. Как хорошо, что вы есть. Paldies dievam!

У нас всё в движении. Кристина вновь немного в Лейпциге. Её соседка из Голландии изучала в зоопарке поведение обезьянят (дети обезъяны), чтобы делать оттуда (заключение) выводы, как будет себя вести дети людей, она учит психологию. Какие страшные цветы науки! Как много их! Ну, неужели надо такими способами внедрять материализм? Что наука должна, а чего ей нельзя ‒ это главный вопрос сегодня. Если бы после той страшной войны люди бы поглубже бы занялись духовными причинами войны, они бы построили действительно прочный фундамент мира. Но этого не было сделано. У нас торжествовал воинствующий атеизм, на Западе институт кирхи (церкви) скрывал свою коллаборацийную практику с врагом человека.

Может теперь опомнятся? Может быть, но мало об этом ещё слышно. Когда Нина гостила, мне с ней довелось побывать в музее «Воспоминание об одной войне» в Карлсхорсте, где был подписан акт капитуляции. Там была выставка о русских женщинах в войну, (этот музей русско-немецкий), говорилось обо всём, выставлено было даже бельё военное… Я не видела выставку, это из рассказа директора. Нда… И была я в Равенсбрюке, это концлагерь, это концлагерь, я никогда в них не бывала, и узнав, что директор, сегодняшний, музея сидит в помещениях штаба лагеря в те страшные годы, не пошла и теперь… Какой безграничный прагматизм, без малейшего шага в сторону духовности… А в тех домиках-коттеджах, где жили когда-то надзирательницы (это был женский лагерь) выстроена гостиница для молодёжи… Разве это не от лукавого?

Тонкая вещь эти, невидимые нам обычным взором, связи. Но они есть. И чем раньше это осознано, тем яснее путь. В апреле 45 года Ольга Берггольц пишет:

« Что может враг? Разрушить и убить. И только-то?

А я могу любить. А мне не счесть души моей богатства.

А я затем хочу, и буду жить, чтоб всю её, как дань людскому братству,

На жертвенник всемирный положить».

Россия сильна любовью. Её надо приращивать… Хорошо бы вечер Ленинградского блокадного фильма и фильма о сибирских немцах сделать. Они в чём-то похожи… Ну, Тебе видней будет.

Как Замира? Дети и внуки?

Не уставай петь добрые песни, береги корни любви человеческой к людям…

Спасибо Тебе, что Ты у нас побывала, мы сильней от этого, нам всё хочется больше сделать… время быстро мчится. Кристина получила какой-то фонд, может быть она сможет даже в Новосибирск прилететь, чтоб что-то сделать… Посылаю Тебе и список моих фильмов в переводе. Так, на всякий случай.

Привет милый от нас всех! Обнимаем, целуем, ждём писем и в гости!

Леония всё тут ещё.