Письмо

№ 8.

Милая Маюша!

Смотри, вот уже 30.1, четыре дня пронеслись буквально, как миг, как единый вздох, и кажется, за все это время я даже не успела встать от стола и размяться. Господи, как много работы! Я не знаю, как могут люди все успевать? По стольким разным линиям? Работа забирает меня умственно на 80% (остальное – на чувства), но тысяча других дел заставляет хищнически урывать куски рабочего времени, в рез. чего я просто задыхаюсь от «неуспевания». Невероятно много сил и времени берет агитаторство, п.ч. у меня подвал и у них есть 5 бытовых дел самого разного характера (ремонт, устройство детей в детсад, хлопоты о новой комнате и т.д.), каждое из которых надо ежедневно толкать, ибо нельзя к ним прийти ничего не сделав хотя бы по одной линии, надо, чтобы по каждой было движение вперед. И вот по 3-4 раза в день приходится отрываться от работы выстаивать очередь на телефон и звонить в школу, в МК, в роно, в РЖУ и чорт еще знает куда. О-о-ох! А знаешь, что значит оторваться от работы!

Потом – учёба, т.е. английский и философия. Я уж писала тебе, что у меня было выступление по философии на тему о диалектике формы и содержания. Оное выступление я продумала, написала и накануне семинара прочла папе (26-го). По папиной физиономии, выражающей всемерно сдерживаемое удовольствие, я усвоила, что получилось «ничего». Но эффект настолько превзошел все мои ожидания, что мне даже странно: уж на что меня в МГУ избаловали вечными восхищениями, но далеко куцому до зайца. Короче, на семинаре наших экономистов было человек 20-25, и от каждого я выслушала восхищенную речь, нередко начинавшуюся словами: «Простите, т. Карпова, я вас совсем не знаю, но я не могу не сказать о том, какое впечатление произвел на меня ваш доклад. Я слушала и все время поражалась: какая глубина мысли, какая четкость формулировок! И т.д.»… Да-а… В течение 2-х дней не могла выйти в коридор, чтобы кто-нибудь не остановил по тому же вопросу… Было приятно, а в общем, конечно, ничего особенного, выступление как выступление. Однако оно сделало меня своего рода знаменитостью и создало сразу почувствовавшийся авторитет и уважение, что хорошо уже вполне всерьез. Если мне удастся напрочно закрепить этот авторитет в области работы и учебы, то даже сплетни личного толка не будут ко мне прилипать или, во всяком случае, не сделают меня презренной личностью. Правда? Занятия по английскому идут без блеска, но неплохо, здесь я тоже сильно впереди. Но…

Сегодня Гришка сказал мне «новость»: «Собирайся 10-го в командировку в Брюховецкую.» – «С кем?» – «Поедешь одна». Не могу тебе передать, как мне страшно, Майка. Я боюсь всего. Во-первых, не помню, писала ли я тебе о новшествах по нашей теме. У нас ведь теперь организована «артель по артели», т.е. над комплексной темой «Экономика передовой с-х артели в период перехода от социализма к коммунизму» будут работать 5 старших и 5 младших научных сотрудников в течение 3 лет. Это полсектора. Это Караваев, Котов, Венжер (муж А.В.), Цагоев, чей портрет я тебе послала, и медлительный красавец Мацкевич. Из младших будут Ксения Васильевна Лосева, я, Сусанна Викторовна, Марина Галенко и Люся Синева, – последние девки обе кончили наш ф-т на 2 года раньше меня, не похожи друг на друга удивительно. Маринка чудовищная, нехорошая лентяйка, она не любит работы, не только не горит, но и не тлеет ею. Отвиливает. Может полдня просидеть, ничего не делая, п.ч. «в 2 часа придет Цагоев и мне придется все складывать, а потом снова раскладывать». Иногда в такие минуты она спрашивает риторически: «Кто знает, почему мне так спать хочется?» или «Что это сегодня время так медленно идет?» Когда у тебя не хватает времени, и ежедневно, ежечасно ты это чувствуешь, такие высказывания и удивляют и злят. Люська – наоборот. Серьезная девка, работу любит и очень славная. Здорово умна, но и симпатична. Нынче её приняли в кандидаты. Только мы с ней слишком похожи, чтобы дружить… А с другой стороны, она за 2 года, наверное, у своего Мацкевича переняла его величавое спокойствие и невероятную медлительность, а мне – куда уж.

Ну вот, а остальное ты знаешь. Короче, наши старшие поделили между собою разделы работы, причем мне-то Григорий все рассказывал, как дело шло и зло меня брало, и смешно было. Понимаешь, например, слушали артельщиков на дирекции. Венжер выступает с шиком, с критикой по отн. к Караваеву, резко, в глаза: «В работе 5 разделов, работает 5 научных сотрудников, каждый обязан взять по разделу. 4 взяли честно, а Караваев – введение и заключение. А орг. и оплата труда – беспризорная». А до него Караваев в докладе сказал, что все сотрудники взяли по 1 разделу, а я, как зав. сектором и нач. темы – 2 раздела. Тут Венжер выступил: смысл – мы хорошие, а Караваев мошенник. Однако, Гришка-то мне уже давно рассказал, что Венжеровский раздел самый маленький, и у него на ту же тему только что окончена работа, т.ч. 3 года (!) ему на этом разделе делать абсолютно нечего. Товарищ просто хочет писать докторскую за счет рабочего времени, а плановую тему пусть тянут другие. Котов взял центральную и наиболее обширную тему «Многоотраслевое развитие общ. хоз-ва, интенсивность пр. труда, хар-ка отраслей и т.д.», короче, характеристика хоз-ва артели. Работы он не боится, работать любит и умеет, но обстановка в артели «кто в лес, кто по дрова» его раздражает и очень беспокоит; раздражает корыстность всех компаньонов, всеобщее стремление взять кусочек полегче. Правда, заранее полностью исключаю из этого Цагоева – он честный и тоже любит работать, работает много и напряженно. Но зато с ним Котов не сошелся во взглядах на самый характер работы. Понимаешь, до сих пор все сотрудники работали над отд. темами: Венжер «Роль МТС…». Мацкевич «Роль электрификации…». Караваев «О соц. преобразовании деревни» – это любитель общих слов, Цагоев – по распределению доходов, Теряева – по орг. и оплате труда, Котов – по общественному хозяйству. Можно было бы уже сейчас издать сборник из этих работ, и в целом он дал бы изв. представление об экономике с.х. артели. Коллективная же работа может пойти по 2 линиям: либо разделы будут поделены между теми же товарищами, а вся работа будет механической суммой, либо же, как мечтал Григорий, это была бы совершенно новая, качественно иная, цельная, высоко-теоретическая и основанная на массовом статическом материале, работа с с-х артели в целом, со всеми ее сторонами. Он хотел такие разделы (если не забуду, п.ч. он давно рассказывал мне об этом): 1) Роль с-х артели в экономике социалистического государства. Место в ней колхозов, их значение материальное, как производителей с-х. продукции и историческое, как соц. формы хоз-ва и пути перехода к ком-му. Я что-то сочиняю, но в общем смысл такой: место артели, ее роль, что она такое и зачем. 2) Характеристика хозяйства артели на совр. этапе во всем переплетении взаимосвязей и выяснение этих взаимосвязей. Здесь и интенсивность и орг. труда, и использование труд. ресурсов, и механизация, и обладание собств. ср. пр-ва, тяглом, и оплата труда, и управление, и кадры, и т.д. Важно навести порядок в этом хаосе и выяснить основные закономерности, основные «больные места» большинства колхозов, способы решения этих больных вопросов в передовых колхозах, и как вывод – наметить осн. пути подъема с-х артели. Пойми, что просто невозможно проделать нечто подобное отрывая каждый из факторов от других, рассматривая его «в себе»: механизацию без орг. труда, без интенсивности труд. затрат, без произв. труда, способ распределения дохода – без «способов их добычи» и т.д. Но это несравненно труднее – так писать. Ведь здесь все 5 должны писать 1 раздел!!! 3) Укрупнение колхозов, его необходимость и эффект на основе 3-х летнего опыта. 4) Перспективы.

Вот это была бы книга!!! И вместо этого они, конечно, решили пойти по пути наименьшего сопротивления: попеределать помаленьку старенькие работки, подлатать их, сверстать, да и издать нечто «новое». Как обидно это! Понятно, что Григорий кулаки сжимает. Я его настропалила, чтобы не сдавался, но все 4 против. Но еще будет обсуждение на дирекции, м.б. удалось бы повернуть по-своему! Однако здесь царствует крутой централизм, а поскольку Караваев вроде решил делать простую сумму, видно так тому и быть. Это значит для нас только одно: что весь раздел «2» по сути дела упадет на нас… Это тоже не хорошо, раз работа общая, должны работать все, но что же с ними сделаешь?

Ну вот. Так я боюсь ехать одна, п.ч. теперь материалами будут пользоваться все 5, и если я что-нибудь упущу или навру, или забуду, то вместо ласкового и насмешливого упрёка со стороны Григория, я получу весьма суровую нахлобучку. А разве могу я ничего не позабыть? Фиг-то.

Потом я боюсь техники дела. Ехать холодно, валенок нет. В Краснодаре негде ночевать, в гостиницу устроиться трудно было даже Караваеву через райком партии, а я что? Пешка. А в Брюховецкой где жить? А кто будет обо мне заботиться, меня учить и баловать понемножку? Кому я буду плакать в жилетку? Ну скажи, могу ли я одна без него поехать? А вдруг какая-нибудь осечка, а я одна!!! Не у кого спросить. Ужасно! Если бы еще речь шла о политэкономии, а то ведь о с.х-ве, в котором я ничего не понимаю. Так я ныла целый день и горько страдала, но в то же время на душе радостно и весело. Давно я не ощущала с такою полнотою какого-то «расцвета жизни», ее полноты, интересности, трудности и прелести. Шла по морозу, напевала, и было хоть страшно до мурашек на теле, но превесело. Ах, если бы Гришенька был хоть не со мной, но неподалеку, чтобы можно было добежать, если уж очень будет плохо. Бессовестный человек. Говорит: «Я бы сам с удовольствием поехал с тобою, но на этот раз ничего не получится», а я ему: «Что, рад бы в рай, да грехи не пускают?». Он просто остолбенел от моей наглости, а я смеюсь себе. «Вот подожди, - говорит, - в мае поедем вместе». Ну, что же, соловьи, розы, цветет всё – нешто плохо? Ах, горе-горе мое…

Теперь слушай дальше. Заказал он себе отпуск на конец августа-сентябрь и мне сказал, что и меня раньше не отпустит. Я говорю: «А как же я увижу Майку, она уже будет занята?» – «А ты что к ней собиралась?» – «Да». – «Ну, подожди, мы это как-нибудь иначе сделаем. Вот поедем в Шилуновский район (Алтайский край), да и завернём» Я говорю: «Нет, правда?» А он: «А почему же не правда-то?» Ну, думай! Вот была бы сказка, правда? Сейчас же пойду в кабинет Островитянова, гляну на карту (это я дежурю). Майка, ура! Совершенно рядом от вас Алтай, всего часов 12 езды, ну сутки, но не больше. Ха-ха!!! Ах, если бы это удалось! А ты хотела бы увидеть Гришку в натуре? Он и то уж хочет тебя увидеть, п.ч. я ему пропела уши своею Майкой. Но с другой стороны мне его совестно показывать, до того он маленький. Если бы еще без меня ты его видела, тогда другое дело, но рядом со мной – это убийственно. Верно? Но впрочем, он такой мировой, что это только сперва ужасно.

Ну, вот.

Написать, что ли еще за личные дела? Я вчера вечером едва-едва не плакала, ужасное было настроение. Вижу его 2-3 раза в неделю на 20 минут, ни слова ни о чем, кроме работы, а те редчайшие минуты, которые выпадают наедине целиком уходят на поцелуи, т.ч. и тут ни слова не скажешь. Я не помню, когда мы с ним говорили близко и глубоко, притом не на тему о наших отношениях. Не в Краснодаре ли? Я вообще не знаю, связывает ли нас что-нибудь? Я растеряла абс. всех друзей, п.ч. как-никак, а люди чувствуют отсутствующий взгляд и отсутствующее сердце, я ни с кем не встречаюсь, ни с Валей и К, ни с Тосей и К, ни почти что с Леркой, ни… с ним. Долго ли так будет? Если я не нужна ему или он решительно не имеет возможности бывать со мною (а это приблизительно так и есть), то он должен отпустить меня на волю, а не держать меня привязанной к себе… А я не могу освободиться от него, просто не могу и чем реже мы бываем вместе, тем более жадно жду каждой встречи, тем труднее оторваться от него, уйти… И ведь любит же, чорт! Знаю ведь… И ревнует…

Да-а… Гришенька мой… И за что только люблю такого? Маленький, кругленький, как кот в сапогах: валенки больши-ие, белые с кожей. Кот и Кот. А еще он лысый. Теперь я чувствую, ты должна меня презирать окончательно и навеки, но я этого Кота в сапогах ужасно люблю.

Пиши мне все за свою жизнь, дружок. И карточку пришли!! С супругом. Пиши про флору и фауну, про свою комнату, где что стоит, про себя, сколь ты худа, либо жирна, что ты носишь из платьев, чего у тебя особенно не хватает, что ты читаешь из худлита, и как у тебя дела с работой и диссертацией.

Привет мужику. Целую крепко. Т.