Письмо

поздравила вас с крошечкой с Новым годом.

Получила твое письмо во время кормления детей, писать почти не могу. Очень рада, что у вас с дитенышем всё хорошо. Крепко поцелуй её тысячу раз в головку, в шейку, в щечки и другие сладкие места. Шунь-Шунь! Обязательно позвони Венжерам сегодня же (телефон в потрепанной книге на «С» Санина А.В., кажется Г-6-67-92), поблагодари за открытку и сообщи о наших новостях. Судя по их открытке, они не в курсе рождения Оксанки, а все же такое к нам проявили внимание.

Шунь-Шунь! Завтра тебе опять будет трудно ко мне выбраться, так м.б. Тоську эксплоатнуть, пусть бы и книгу привезла. Или не захочет? Скажет: вы каждый день рожать будете, а я к вам езди!

А что же ты мне, Шу, не пишешь главного об Аленке: пойдет ли она в ясли?

Кажется, Аня ушла без ответа. Тогда передам тебе это письмецо завтра. А пока крепко-крепко целую тебя и Аленушку, привет всем. Твоя Таня.

t 37.1.

1.1.1955 г.

… так сдружились с тобой, так хорошо понимаем друг друга. А кто бы другой смог меня понять, а кого я бы так еще любил? Никого! А что было бы с крошенькой-сиротиночкой. Она ведь такая маленькая и беззащитная. А почему ты беспокоишься о яслях? Я думал, что ты сама понимаешь, что она выздоровела и, конечно, пойдет завтра в ясли. Мужайся, Танюшка! Тебе очень больно, но это всё пройдет и всё будет хорошо. Только не падай духом. Вот мы находимся в каких-то 20 м друг от друга, а увидеться нельзя. Это неправильно. Танюшенок, а Танюшенок. Приветик. А Муся как будто приезжала – Аня об этом

(нет окончания)