Письмо

55.I.

Моя ненаглядная!

Уж как бы я тебя ласкал, как бы жалел, как бы любил. Только вернись. Вернись, моя девочка. Мне хочется быть с тобой. Мне невыносимо слушать, как тебе больно, как у тебя появляются всё новые и новые болезни. Но ты мне пиши честно обо всем, я должен всё знать. Болезни – это страшное дело, но с другой стороны, ты должна полностью вылечиться в роддоме – так будет лучше, прежде всего, для тебя и Оксаночки. Но я еще не теряю надежды, что ты не так уж долго пробудешь в р.доме. Мы тебя все ждем, чтобы ты побыстрее вырвалась оттуда. А ты не похудела? Или поправилась? И вообще, какая ты стала. Моя радость. Так мне хочется прижать твою головку слабую к своей груди, так я по тебе соскучился, жена моя. А сейчас, когда мне надо поговорить о разговоре с Багровым, о перспективах – с особой остротой чувствую твое отсутствие.

Мне кажется, Танюшенька, что если бы нас что-нибудь разлучило, мы бы были в положении людей, потерявших какую-то половину своей души. Правда, Таня? Так мы сроднились и стали близки, что трудно обходиться друг без друга даже короткое время, не говоря о большем. Когда я возвращался домой, то так увлекся чтением твоего письма, что даже не заметил, как попал на Таганку. Я сейчас все время тороплюсь. И вообще, ритм жизни в Москве несравним с провинциальным.

Что означал разговор с Багровым? Как обычно, я всегда узнаю последним о событиях. Ясно, что переход в ин-те резко меняет положения с точки зрения будущих возможностей – расширяет их как с точки зрения квалификации, так и в возможностях материальных. Если прибавят 100 р., то это уже многое для нас значит. Сейчас в лишний раз убеждаешься, как правильно мы с тобою поступили, ориентируясь на наш з-д и ин-т, на производство, на работу. За какие-нибудь 3 – 4 месяца все изменилось резко к лучшему и, как видишь, м.б. еще лучше.

Между прочим, В.А.Пенкин рассказал, что к ним неск. дней тому назад приходил наниматься очень опытный инж. по литью с большим стажем. Сейчас он работает в проектном ин-те по проверке чертежей. И вот они не хотят его взять, т.к. этот инж. с большим апломбом, первые его слова были об окладе: «Я, мол, сейчас получаю 2200, а что вы можете предложить?», а вторые слова – о должности. Видишь, Таня, надо быть всегда скромным и прежде всего говорить о работе. Они не хотят его брать, несмотря на то, что нам сейчас очень нужны конструктора и технологи. И в частности, мне позарез нужен еще один конструктор – иначе мы не справляемся. А сколько есть еще интересной работы. Хочется жить, работать, творить. Для меня работа творческая всегда была счастьем. Да и для тебя тоже самое. Нет, Танюша, будем бодро смотреть вперед. Впереди еще лучше, чем было. Только выздоравливай побыстрее. Только не болей, береги себя.

Завтра – забирать детоньку из ясель. Только что обсуждали с Аней, как не застудить ее. Решили закутать голову всю ей в одеяло, и так донести до автобуса. Аня теперь уж сама говорит, что если Аленушка не болеет, то она не капризничает никогда. Крошечка наша маленькая. А Оксаныш что-то понимает? Что-то чувствует? Если она не понимает, то ее и жалеть не надо. Я шучу. Но уж к плачу надо относиться спокойно. Таня! Продумай поручения для Ани. Сейчас идеальное время их выполнить – потом будет тяжелее. М.б. надо купить что-то? Подумай и напиши.

В эти дни и месяцы, когда помимо прочего, еще не всё утрясено, надо показать свою работу, показать максимально на что я способен. Плохо или хорошо, это другое дело, но выжать из своего ума и своей энергии всё. Как ты думаешь? Поэтому, пожалуй, надо по-прежнему отложить занятия и теоретические проблемы. Ты тоже, наверное, так думаешь?

Поэтому я лягу баю-баю, чтобы набраться сил. А то ведь изрядно устаешь на работе. А ты, наверное, уже баечки, моя любимая. Баю-бай. Набирайся сил, дорогая, выздоравливай. Помни, что тебя дома ждут любящие муж, дочка, отец. И.В. передает тебе привет. Юра тоже звонил – пламенный привет и всякие пожелания.

Теперь главное: Тося сегодня единогласно защитила диссертацию. Всё было быстро, неожиданно и очень удачно, т.к. старые оппоненты заболели, она ходила в ВАК и т.п. Короче говоря, получилось замечательно и ее можно поздравить от всей души. Она обещала к тебе заехать и сама привезти книгу. Вот если бы и у тебя такие хорошие результаты голосования – единогласно. Будем надеяться, что и ты не ударишь лицом в грязь.

Танюшенька! Я хочу сегодня задержаться на работе, т.к. у меня накопилось ужасно много дел. Ты не обидишься, если я к тебе не приду вечером, а приду завтра до 12 ч. дня. Я знаю, что ты у меня разумненькая и веришь мне. Поэтому, если мне кажется, что надо подобрать хвосты на пр-ве, то ты тут вполне должна положиться на меня.

Вообще же у меня сейчас на пр-ве двойственное положение. Они не хотят меня потерять, как конструктора по литью под давлением и в то же время заинтересованы во мне как литейщики. Если бы не первое обстоятельство, вполне возможно, что они меня включили бы в металлургич. группы. Конечно, если я отойду целиком от проектирования, то некому будет сейчас проект. сложные формы. Это только мои предположения, т.к. я очень удивился, что создав металлургич. группу, меня туда не включили. М.б. они хотят укрепить штат конструкторов; сейчас мы ищем людей, – а потом… Будущее покажет. Во всяком случае, как бы там ни было я за свою работу спокоен, а переход в штат ин-та открывает широкие возможности.

Тебя, конечно, порадуют мои вести, А это для меня вдвойне радостно.

До свидания, любимая. Черкани Ане несколько слов для меня.

Майкины вести меня тоже опечалили. А о Китае она не пишет совсем. Наверное, этот вопрос снят с повестки дня.

Что тебе принести (кроме книги) завтра утром? До свидания, мое счастье, мое сокровище, моя любимая. Спи спокойненько. Баю-бай, баю-бай.

Любящий тебя повелитель.